Поделиться

Распечатать страницу
10 февраля 2025

«Каждый человек — дипломат… »

«Каждый человек — дипломат… »

разговор с Игорем Александровичем Алексеевым, российским дипломатом, советником Посольства России в Ирландии о том, как детские увлечения влияют на выбор карьеры, взгляде на дипломатию как навык, применимый в повседневной жизни.

рассуждения о формировании нового поколения дипломатов, общении на равных, умении расставаться с собственными стереотипами, о внутренней свободе, определяющей нестандартность нашего мышления и решений. размышления о смысле жизни как об уроке мудрости и достижении максимальной гибкости и принятия.

― как вы оказались в профессии?

Моя мама — заслуженный учитель России и известный на Вологодчине преподаватель географии и экономики. С младенчества я был окружен картами, глобусами, атласами — и по ним, а не по букварям научился читать. Отсюда интерес к дальним странам, изучению разных культур, народностей. Говорят, профессиональные интересы формируются еще в раннем детстве. Так случилось и у меня. 

Мой интерес к международным отношениям усилился, когда я перешел в вологодскую школу N° 1 с углубленным изучением английского языка. Преподавали там умело, добавляя к языку отличную страноведческую подготовку и не забывая о патриотическом воспитании.

Могу сказать, что в детстве мне часто приходилось быть дипломатом, особенно во дворе. Думаю, это помогало избегать неприятностей. Драться доводилось, например, реже, чем могло бы быть (смеется).

Профессура МГИМО помогла дополнить и привести в единую систему знания в области истории, русского и иностранных языков, регионоведения, общественно-гуманитарных наук. На первых курсах alma mater, где есть уникальная возможность пообщаться с опытными дипломатами, сомнений не осталось: дипслужба — это мое призвание.

Реализовать мою мечту о работе в МИД помог не только высокий уровень образования, которое дает МГИМО, но и система внеаудиторной работы, направленная на активное участие студентов в жизни общества и государства.

― вне работы вы дипломат?

Ну, конечно же, сапожник всегда немного без сапог. Я не скажу, что в 100% случаев веду себя дипломатично. На самом деле всегда стараешься — и в семье, и в общении с коллегами — придерживаться дипломатических рамок. Если возникают конфликты, разрешать их к удовлетворению и в идеале - к взаимной выгоде всех сторон.  И с этого обычно начинаю свои занятия: каждый человек — дипломат.

Если вам приходится вступать с кем-то в переговоры, даже просто общаться — вы занимаетесь дипломатией. Просто есть дипломаты хорошие, а есть плохие. Не скажу, что сам волшебник, я только учусь (улыбается). В том числе и применять дипломатию за пределами своей профессии. Зачастую это даже сложнее, так как к дипслужбе меня готовили пять лет в университете, а вот жизненной, семейной  дипломатии приходится учиться самому.

― а где все-таки сложнее быть дипломатом — на дипслужбе или дома, например, с детьми?

Мне кажется, все-таки сложнее дома. Особенно с детьми, конечно. Я стараюсь всегда говорить, что любые противоречия можно решать не силой, а интеллектом. Потому что дипломатический способ — это интеллектуальный способ. Моему сыну  три с небольшим, дочка только-только родилась. Но сына стараюсь уже настраивать на то, чтобы применять дипломатию в разных ситуациях, которые с ним случаются.

― а как вы попали в лицей?

В 2015 году я подключился к инициативе посла Валерия Евгеньевича Егошкина и Ассоциации российских дипломатов по проведению для школьников «дипломатических смен» в «Артеке», а затем — созданию по всей России клубов юных дипломатов и их объединению в движение «Дипломаты будущего».

Для артековцев я придумал игровой модуль по дипломатии. Этот цикл тренингов о культуре диалога, эффективных переговорах, интересах России на международной арене оказался очень популярен и каждое лето проходил  на ура.

Однажды на встрече в МИДе я рассказал об этом Роману Игоревичу Котову, который тогда возглавлял Горчаковский лицей. Он предложил на основе моих наработок сделать факультатив, который сейчас называется «Дипломатические субботы» и проводится с 2018 года. До ковида и моей длительной командировки в Дублин мы занимались в небольших группах в лицее. Потом вынужденно перешли в онлайн, но, надеюсь, вскоре вернемся к очным встречам.

― почему в лицее хорошо? что притягивает учителей, детей?

Когда я первый раз пришел в лицей, пообщался с его руководством, познакомился с педагогами, я сразу отметил те прекрасные условия, которые созданы для того, чтобы учить и учиться. Обстановка максимально соответствовала моему пониманию, как может выглядеть идеальная школа XXI века.

Я не ощутил забюрократизированности — огромной проблемы современной системы образования — когда на отчетность уходит больше времени, чем на работу с детьми.  Хорошо, что в лицее внимание уделяется не только тому, чтобы дети заучивали какие-то факты, но и развитию понимания, логики, личностному росту ребенка.

Нужная атмосфера для обучения складывается из тысячи элементов: от воспитанности и доброжелательности охранника до наличия в свободном доступе шахматных досок, чтобы можно было поиграть на переменах. В каждой из этих мелочей просматривается общая стратегическая и ценностная направленность, высокий профессионализм и самоотдача сотрудников и преподавателей лицея. Ну и, конечно, их любовь к своему делу и детям ощущается в полной мере.

― что для вас лично точка опоры и источник вдохновения?

Вера, надежда, любовь. Вера, в первую очередь, в Россию, в нашу страну. Это то, что касается профессионального плана. Надежда как раз связана со школьниками, которые являются нашим будущим. Надеюсь, что они смогут внести свой вклад в процветание общества и государства. Моя любовь — это жена и мать моих детей. В целом я стараюсь жить по принципу из одной песни: «Душу — Богу, сердце — Даме, жизнь — Государю, честь — никому».

Вся моя деятельность по популяризации науки, искусства и культуры дипломатии — моя отдушина. Когда я общаюсь со своими учениками, коллегами, партнерами, единомышленниками, это вдохновляет меня на работу. И позволяет с оптимизмом смотреть в будущее.

― что вы привносите с собой в школу?

Лицеистам я предлагаю интеллектуальную игру. Игровые сюжеты берутся из современной дипломатической практики, истории международных отношений или бытовых конфликтов, с которыми сталкиваются сами подростки.

Примеряя роли политиков, послов, бизнесменов или играя самих себя в разных ситуациях, участники игры пытаются решать противоречия, находить компромиссы и договариваться мирным путем. Когда у них получается ( а получается, кстати, чаще, чем на переговорных тренингах у взрослых), мы вместе осмысливаем стратегии, техники и навыки, которые приводят к успеху, формируем инструментарий эффективной коммуникации. Ну и на ошибках, конечно, учимся. Принцип: никаких предопределенных сценариев. Все происходит в режиме эксперимента, а правила могут меняться по ходу игры.

Мой метод преподавания основан на синтезе дипломатического, житейского и небольшого личного педагогического опыта, который я подаю в игровой, интерактивной форме. Я давно исследую универсальные принципы, законы общения между людьми, которые действуют и в детской песочнице, и за столом переговоров между акулами бизнеса, и когда решаются судьбы мира в Совете Безопасности ООН.

Разумеется, знакомство учеников лицея с дипслужбой, работой в системе МИД России и различных международных структурах — тоже моя задача. Ее я решаю, например, моделируя с горчаковцами деятельность нашего министерства, посольств, постпредств или приглашая для бесед интересных гостей.

Всегда стараюсь говорить с учениками как со взрослыми, не ставить границ по тематике наших обсуждений. Можно сказать, что не только я привношу что-то в лицей, но и лицей меня меняет. Стараюсь смотреть на процессы, которые происходят вокруг, глазами детей: в свободной манере, без стереотипов и шаблонов.

― что вы цените в людях?

Мудрость, искренность, доброту… А это проявляется, в том числе, в открытости к  диалогу и желании договариваться.

― в чем ваша суперсила?

В позитивном мышлении, готовности во всем отыскать плюсы. Верю, что в самых глупых ошибках, если иметь смелость их признать, всегда есть полезные уроки. Ну, и, открою наш с лицеистами секрет: у нас есть своя формула дипломатической силы, считай — суперсилы, построенная на триаде «стратегия-информация-люди». Она лежит в основе «Дипломатической матрицы» — придуманного мною инструмента ситуационного, информационного и личностного анализа. Сокращённо получается «СИЛА».

― чему вы хотите научиться?

Этот вопрос подразумевает, что я должен признаться в своих слабостях (хмурится). Скажу так: сиюминутные негативные эмоции, гордыню и перфекционизм я не всегда умею перебороть. Все еще этому учусь.

― в чем смысл жизни?

Есть такой рефрен у телепередачи «Что? Где? Когда?», что наша жизнь — игра. Я практически с этим согласен, только добавлю, что эта игра — обучающая. Смысл жизни — это урок мудрости, который тебе предписан, его важно усвоить максимально хорошо. Это выводит на метафизические рассуждения, религиозные. Я смысл жизни во многом ищу в этих материях. Не знаю, кто может сказать, что постиг смысл жизни. Возможно, я только в начале пути.

― как вы думаете, зачем ученику учитель?

Учитель нужен, чтобы ученик учился, а ученик нужен, чтобы учился учитель. Я думаю, оба нужны, чтобы ставить друг перед другом сложные, но при этом мотивирующие задачи. «Тяжело в учении — легко в походе», — говорил Суворов. Мой опыт показывает: чем труднее упражнения в школе, тем легче справляться с проблемами во взрослой жизни.

У современных подростков можно поучиться мотивации. Особенно это видно на примере лицеистов. Они нацелены на личный успех, достижение результатов, знают, что могут приобрести, что потерять. Очень грамотно все взвешивают.

― среда лицея — про непрерывное развитие учителей и учеников, про веру в человека, про то, что каждый может ошибиться и измениться. что было вашей главной трансформацией за время сотрудничества с лицеем?

Во многом благодаря работе с детьми я пришел к идее, что без игры (в понимании, близком к предложенному Йоханом Хейзинга) нет качественного развития. В том числе и дипломатия с ее философией возникает там, где живет игра, которая может быть серьезной, но появляется лишь при полной свободе от рутины, материальной обремененности. А у кого можно научиться такому свободному взгляду на мир лучше, чем у детей?!

Мои друзья и коллеги ценят меня за то, что, когда требуется отыскать выход из нестандартной, кризисной или тупиковой ситуации, когда известные шаблоны не работают, я по первому зову кинусь увлеченно изобретать творческие решения или, как минимум, подскажу, где искать инсайт. Вот это я считаю главным  своим приобретением от работы с детьми.

— ваше самое большое удивление, изменение или вдохновение от вашего ученика или учеников за последний год? что-то, что изменило вас, повысило вашу осознанность?

Раз уж я работаю в режиме эксперимента, удивляюсь я часто. Нынешнему школьнику невозможно что-то навязать. У него все равно будут какие-то свои авторитеты, он все равно  сам выбирает взрослых, к которым будет прислушиваться. И на это никак не повлиять. Не все же у нас выходят отличниками. Есть и хорошисты, и троечники. Я стараюсь видеть позитив во всем. И то, что есть такое разнообразие, это хорошо. Каждый для себя что-то выбирает. Иногда это выбор принципиальный — между добром и злом.

Добро и зло всегда было, есть и будет, — внутри каждого из нас они борются между собой. У меня нет  рецепта, как сделать так, чтобы школьник вставал на путь добра. За исключением личного примера: знакомства школьников с какими-то ситуациями, где я делал выбор в пользу добра.

А еще дети в лицее удивили своей внутренней целеустремленностью. Готовностью получить все знания в этом мире.

На наших занятиях часто возникают моменты, когда ученики мастерски находят неочевидное для меня решение «win-win», при котором в выгоде остаются все стороны моделируемого конфликта. А иногда даже проявляют готовность добровольно жертвовать своим выигрышем ради другого. Условно говоря, в ситуации «кораблекрушения» отдают по нравственно-этическим мотивам место на «спасательном плоту» более слабым претендентам.

Не факт, что самопожертвование и героизм в ролевой игре означает готовность к подвигам в жизни, но, по крайней мере, лицеисты знают, что такая стратегия поведения существует, и даже выбирают ее как верную. Это очень обнадеживает и вдохновляет.

Интервью провела Жанна Шульц

Поделиться